Кузнецкий мост 11, Московский дом художника, +7 495 514 60 36

Танамоно - «вещь с полками»

Танамоно - «вещь с полками»

Описание из экспертного заключения:

Настоящее изделие представляет собой образец японской традиционной мебели танамоно. (букв, «вещь с полками»). Это своеобразный деревянный комод или шкаф, конструкция которого предусматривает наличие открытых и закрытых полок разного типа.

Шкаф прямоугольный, трехъярусный. Цокольную часть образует двухступенчатая четырехугольная подставка с четырьмя низкими скобообразными ножками по углам. Но ширине комод в нижнем и среднем ярусе разделен на две равные части. Верхний ярус тянется по всей ширине гак же, как и цоколь, и зрительно связывает конегрукцию в единое целое.


Сверху комод увенчан плоской крышкой тэмбаи (небесная доска), изогнутые и приподнятые концы которой простираются в стороны за пределы верхней полки в стиле тацунами (поднимающиеся волны). Цельная длинная полка верхнего яруса сделана по типу фукуро-дапа (полка-мешок или «небесная полка»): с трех сторон она имеет глухие стенки, а с лицевой — закрыта четырьмя раздвижными панелями хиракидо.


Пространство между верхним и нижним ярусами открыто и ограничено каркасом из четырех столбиков по углам и одним столбиком в середине задней стенки комода.

2.jpg

Нижний ярус выполнен в манере дзуси-дана (полки-шкафчики с распахивающимися двустворчатыми дверцами тобира). Справа - покоящаяся непосредственно на цоколе полка с парными дверцами, слева - такая же по строению и размерам полка, однако приподнятая на высоту двух выдвижных полок-ящиков хако-дана, которые расположены под ней в ряд соответственно парным створкам дверец.


В результате крышки двух одинаковых по размерам закрытых нижних полок-шкафчиков справа и слева оказываются на разной высоте и средний ярус оформляется по типу классической ступенчатой полки тигаи-дапа (две открытые полки рядом, устроенные на разном уровне): справа - нижняя часть, слева - верхняя. Каждая их открытых полок тигаи-дани с двух сторон (вдоль задней и соответствующей боковой стенки комода) ограничена невысокими плоскими бортами, чуть закругленными сверху. Вертикальная перегородка между полками отсутствует, а перепад высот акцентируется изогнутой полоской доски, которая являегся продолжением верхней части тигаи-дана. Она выдвигается слева направо и нависает над нижней в стиле тацунами (поднимающаяся волна).


Поверхность изделия снаружи и внутри полностью декорирована лаком маки-э (разбрызганный лак). Цоколь по периметру, боковые стенки, крышки всех полок, дверцы с внутренней стороны, а также внутренняя часть выдвижных ящиков покрыты лаком цумэ-насидзи (кожица груши) с золотой крошкой в лаке. На этом фоне свободно разбросаны выполненные золотым лаком (техника хира-маки-э) круглые медальоны разных размеров. Их орнаментальные мотивы имеют растительный характер: это хризантемы, сосны, сакура, горечавка, бамбук, пионы, глициния.

Парные дверцы шкафчиков нижнего яруса, бортики открытых полок с внутренней стороны, а также раздвижные панели верхней полки украшены пейзажными композициями, созданными в комплексной технике лаковой росписи: така-маки-э (рельефный золотой лак), фундамэ (сплошное распыление по лаку золотой крошки), окихирамэ (внедрение кусочков золотой фольги), э-насидзи (фрагменты рисунка, исполненные приемами пасидзи).


Слегка утопленные на дверцах нижних полок вертикальные прямоугольные панели с фигурными уголками представляют собой различные картины с изображением горной местности. Это виды дикой природы - горные кряжи, низвергающиеся водопады с потоками бурлящей воды, зажатой утесами, которые громоздятся друг на друга. Это затерянные в горах рощи тянущихся к небу стройных криптомерий, и скалы, оголенные или поросшие редкими искривленными соснами. Строения храма на отдаленном горном уступе, одинокая кумирня у самого края обрыва над струями как будто по гигантским ступеням спускающейся вниз горной реки - редкие свидетельства присутствия человека в, казалось бы, неприступном краю суровой и первозданной природы.

2.jpg

Эта тема получает развитие на горизонтальных пластинах бортиков открытых полок среднего яруса, где виды непроходимых теснин, выветренных камней, отвесных склонов и нагромождений скал с редкой растительностью соседствуют с изображениями храмов, павильоны которых приютились у подножия водопада или растянулись среди холмов на берегу озера со скалистыми островками.


Четыре панно на раздвижных дверцах хиракидо верхней полки отведены архитектурным пейзажам. Запечатлены фрагменты обширного синто-буддийского храмового комплекса в Никко, где расположена усыпальница обожествленного Токугава Иэясу (1542-616) - первого сёгуна Токугава основателя династии военных правителей, которая свыше двухсотпятидесяти лет правила страной.

3.jpg

Обход территории условно начинается с картины (крайняя справа), где запечатлен мост Синкё (Священный мост) через горную реку Дайя по дороге к Тосёгу - мавзолею Иэясу, название которого расшифровывается как Святилище Восточного Сияния.


По преданию прах Иэясу торжественно переносили через него 17 мая 1617 г. С тех пор мост был открыт для паломников только в дни поминовения и праздников. Самый важный из них отмечался шествием по мосту «процессии тысячи лиц» (сэннин гёрэцу), состоявшей из самураев. Они демонстрировали полную готовность к сражениям - шли с оружием в полном боевом облачении и несли знамена, штандарты с гербами и переносные синтоистские алтари.


На следующем панно изображен зал Трех Будд буддийского храма Риннодзи, находящегося на пути к усыпальнице. Слева видна достопримечательность храма -возвышающаяся мемориальная колонна Соринто, увенчанная шпилем с пылающей жемчужиной, символизирующей исполнение всех благих желаний на пути совершенствования духа.


Риннодзи был самым большим буддийским храмом, расположенным в труднодоступной горной местности Никко, к началу 17 в. освоенной лишь монахами. Они отправлялись туда для суровой духовной практики. В истории рода Токугава говорится, что великий сёгун никогда не был в Никко, но полюбил этот край по рассказам Тэнкая, главного настоятеля Риннодзи. В завещании Иэясу указал на Никко как на место своего упокоения, и после его кончины второй сёгун Токугава Хидэтада начал там строительство мавзолея, завершенного уже третьим сёгуном - Иэмицу в 1637 г.


Третья картина открывает вид на лестничный марш, ведущий мимо Башни священного барабана к воротам Ёмэймон (Врата Солнечного Света). В четвертой композиции запечатлена часть территории храмового комплекса, где тесно прилегающие друг к другу строения и переходы, как будто прорастают близко подступающими к ним деревьями, составляя с ними единое целое.
Поверхность вокруг панно с изобразительными мотивами на лицевой стороне комода полностью декорирована рельефным золотым лаком с орнаментом из растительных завитков, розеток хризантем, листьев водяной мальвы. На наружных стенках выдвижных ящиков в технике така-маки-э выполнены пышные цветы пионов среди причудливых камней, искривленных, источенных водой и ветром.

4.jpg

Все полки и отделения комода снабжены металлической фурнитурой из медного сплава, орнаментированной рельефными узорами каракуса (китайская трава), листьями водяной мальвы и папоротника, а также полосками из удлиненных петель на фоне мелкозернистой поверхности в стиле паиако (рыбья икра).

Танамоно как предмет обстановки появился на рубеже 16-17 вв. В его конструкции осуществился синтез переносной подставки дайсу, предназначенной для чайной церемонии в официальном стиле, и набора разнообразных полок, которые крепились к стене рядом с нишей токонома и формировали парадную, орнаментированную часть помещения. Танамоно использовали для хранения и демонстрации на открытых полках письменных принадлежностей, свитков и книг, предметов для чайной церемонии, а также для косметических принадлежностей и предметов женского туалета. Свободным варьированием полок мастера создавали разнообразные вариации комодов, как правило, декорированных лаком маки-э. В период Эдо (1603-1868) танамоно прочно вошли в быт самурайской знати. Их включали в приданое невесты, передавали по наследству. Мотивами орнаментации танамоно служили «благородные сюжеты»: пейзажи, цветы и птицы, композиции на темы классической дальневосточной литературы, памятники, воспетые в поэзии.

В период Мэйдзи (1868-1912), когда Япония прервала более чем двухсотлетнюю изоляцию страны, на Западе вспыхнула мода на японское искусство. Особый успех выпал на долю лаковых витрин-горок, которые начали изготавливать на экспорт. Данный образец принадлежит к числу изделий подобного типа. Он выполнен в подражание стилю периода Дзёкэнъин (нач. 18 в.) во вкусе шестого сёгуна Токугава Цунаёси (находился у власти с 1709 по 1712 г.), когда в качестве основного фона на внешней поверхности стали использовать лак насидзи, а панели расписывать золотым лаком, комбинируя различные приемы.

Однако следует отметить, что глубоко почитаемая самурайская святыня в Никко в то время столь наглядно не воспроизводилась на функциональных предметах и попала в круг сюжетов только после падения режима Токугава. Это произошло благодаря паломничеству приезжих иностранцев, начавшемуся в 1870-е гг. Их поразили и грандиозные масштабы архитектурного комплекса, и виртуозная работа ремесленников, и поразительный синтез творений человеческих рук и окружающей природы.

На рубеже 19-20 вв. памятники Никко становятся популярным мотивом для декоративных панно (преимущественно тканых и вышитых), и только в самом конце периода Мэйдзи (1868-1912) круг изделий с вариациями на тему Тосёгу постепенно расширяется. В данном произведении тема Никко разработана многогранно и глубоко продуманно, что создает удивительный образ уникального памятника природы и искусства, каким и остается Никко по сей день.
По технике исполнения лакового декора и отдельных элементов традиционных полок (например, отсутствие ручек для перемещения раздвижных панелей), а также по мотиву декора комод относится к произведениям первой четверти 20 в.

Наверх